18:56 

Записки Ивового ручья

Фэндом: Толкин, "Властелин колец"
Автор: Эрл Грей
Предупреждение: смерть героя
В тексте использован отрывок из стихотворения Толкина



...По моему календарю я живу здесь три с половиной месяца. Если бы не этот листок с записями, я бы не замечал течения времени - здесь, в Валиноре, оно летит незаметно. Странно, но я чувствую себя юнцом, однако юнцом умудренным. Понимаю, что выражаюсь невнятно, да яснее не получается. С тех пор, как я ступил на эту землю, я живу как в многоцветной живой волшебной картине, да и прошлое представляется мне занимательной книгой, полной битв и приключений, которые случились не со мной, а с кем-то другим, носящим мое имя.

Теперь я понимаю, что имел в виду Элронд, говоря, что в Валиноре исцеляется всякая боль. Иногда я вижу его - также помолодевшего, со счастливо блестящими глазами, рядом с женой. У нее такое доброе и любящее лицо, она так долго его ждала, кажется, можно умереть за этот взгляд, за обращенную к тебе улыбку. Мне немного жаль, что никто никогда не смотрел на меня такими глазами, разве только Сэм. Старый добрый Сэм, вот уж кого мне не хватает здесь, чтобы порадоваться его радостью и насладиться его восторгом при виде "волшебства".

Волшебства здесь хватает. Оно как будто поселяется внутри тебя и показывает каждый предмет в истинном свете, высвечивает его суть. Если бы я родился здесь, я никогда не нашел бы в себе духа покинуть этот край. Но я родился в маленькой мирной Хоббитании, которая отсюда почему-то видится мне не менее волшебной страной, чем Аман. Иногда я представляю себе, что каким-то волшебным образом сюда попали бы Любелия с Отто, Толстолапы, Толстобрюхлы, даже Пескунс. Какое изумление появилось бы на их лицах, как широко разинули бы они рты - совсем как я поначалу.

Но я хотел написать не об этом. Ровно 14 дней прошло с похорон Бильбо. Он просто сказал мне, что устал жить, заснул и не проснулся. Я плакал - единственный раз с тех пор, как попал сюда, но особого горя не чувствовал: что-то говорит мне, что расстаемся мы ненадолго.

...Мои записки никому не нужны, но я верен стариковской привычке доверять бумаге то, что запомнилось и что я считаю важным.

...Везде эльфы - и взрослые, и дети. Я впервые увидел эльфийских детей. Их немного, но какие же милые! Так и хочется сравнить их то с оленятами, то с маленькими бойкими цветами. Они шаловливы и непосредственны, но ни в ком я не заметил злобы и желания причинить боль. Мой маленький домик расположен в тихой роще, но я специально прихожу туда, где они играют, чтобы полюбоваться на их шумные игры. И жалею, что у меня нет своих таких же - босоногих, смешливых непосед.

Хм... дети. Почему-то мне всегда казалось, что влюбленность в добродушную хоббитянку вроде Мелиссы Дурман, сидящую возле меня за чаем, семейная жизнь - не для меня, и при этом не чувствовал себя обделенным. Ухаживания, подарки, всякие милые пустячки и комплименты для меня - темный лес; мне больше по душе простая дружба, без намеков, без выяснения отношений, прямая и верная.

... Сегодня приходил Гэндальф. Нет, что я говорю: не Гэндальф, а Олорин. Если бы он не назвался, я бы не узнал его в его истинном облике. Но, присмотревшись, я нашел знакомые черты в его юном лице, а внимательные серые глаза и вовсе остались прежними. Он пригласил меня на состязание менестрелей, заверив, что это зрелище нельзя пропускать. Но мне показалось, что приглашение было лишь предлогом, что он хотел взглянуть на меня. Зачем? Я спокоен и радостен, я ни о чем не жалею и счастлив, что мне довелось увидеть почти что все Средиземье и Благословенную землю в придачу - землю, где нет горя.

... Кажется, я поспешил с выводами насчет горя. Печаль, тоска и ревность есть и здесь. Эльфы намного сдержанней, чем хоббиты или люди, или гномы, но даже я понял, какие чувства одолевали того эльфа в длинном плаще цвета травы. Я не разглядел, куда он смотрел, но такая ревность, такое горе было просто написано у него на лице, что я не выдержал и отвернулся. А когда повернулся обратно, чтобы посмотреть на очередного певца, того, в зеленом плаще уже не было.

... Пошел побродить у моря. Это еще одно удовольствие, недоступное в Шире. Бескрайняя гладь расстилается прямо у меня под ногами, воздух подобен горному хрусталю и порождает обманчивое ощущение, что я могу разглядеть тот берег. Даже эльфы с их чрезвычайно острым зрением не могут таким похвастаться. Я подобрал две красивые ракушки и поставил на комод.



...Я давно не прикасаюсь к своим записям, только гуляю, нюхаю цветы, слушаю сладкозвучную эльфийскую музыку и вспоминаю Шир. Но сегодня случилось событие, которое необходимо записать. Прибыл корабль из Эндорэ, а на нем - кто бы мог подумать - Леголас и Гимли! Но радость встречи омрачилась вестью о смерти Бродяжника. Я называю его по-старому, хотя, конечно, никакой он не бродяжник, настоящий король, достойный сын рыцарей Заморья. Жаль, что мы не свиделись перед его окончательным уходом.

Подумать только, прошло больше сотни лет. Значит, моего милого Сэма уже нет в живых, да и во всей Хоббитании не осталось никого, кто помнил бы меня. Разве что внуки Сэма и Рози, но и для них я уже превратился в сказку. Это и есть одиночество. Хотя, чего лукавить перед собой, одинок я был и на родине, иначе никогда не согласился бы на это путешествие, даже если бы меня соблазняли все чудеса Амана. В Шире не нашлось ничего, что могло бы смягчить боль памяти, потому-то я и здесь. Когда мы одиноки, нам нужны, видите ли, более сильные лекарства.

Элронд выслушал весть о смерти зятя с глубокой горечью, вызванной, я думаю, мыслью о дочери. Вечерняя Звезда Арвен, прекрасная эльфийская дева, осталась совсем одна среди чуждых ей людей. Какой, однако, ценой приходится платить за каждое мгновение любви. Но как знать, может, и она придет когда-нибудь в чертоги Мандоса и свидится со своими родичами?..

...Приходил Олорин. Это имя подходит ему как нельзя больше, но мне так жаль, что никогда больше не вернется чудаковатый старик Гэндальф. Здешние старики - нет, просто не могу их так называть! Они вне времени, юны, благородны и величественны, и только заглянув в их глаза, можно увидеть там скорбь, порожденную бесчисленными веками и потерями, которые довелось им пережить. А молодежь неутомима в своей радости. Наблюдать за юными эльфами - все равно что смотреть на пламя, на ветер, играющий ветвями ив, или цветущий луг. Но я предпочитаю стариков. Мне есть о чем помолчать вместе с ними.

...Познакомился с Румилом. Это очень почтенный эльф - он пользуется огромным уважением в Тирионе, потому что он инголемо. Он долго беседовал со мной, пояснив, что интересуется строем языков и с моей помощью хотел бы узнать о языке аданов и хоббитов. Я был рад помочь ему. Теперь у меня нашлось занятие: по просьбе Румила я составляю как уж умею словарь хоббичьего языка. Должен признаться, это увлекательное занятие.

... Сегодня был такой суматошный день. Ко мне в гости пришел Леголас. Как лесной эльф он одобрил мое жилище, хоть для него потолки и низковаты, нет того простора, как любят эльфы. Зато вокруг роща, неподалеку ручей, и никого вокруг. Мы сидели на полянке (у меня там вкопан стол и плетеные скамьи, чтобы пить чай на свежем воздухе), я настряпал медовых плюшек (до сих пор люблю готовить), мы пили чай, и я читал Леголасу вслух мой словарь не без тайной мысли, что он поможет мне. Его замечания были больше остроумными, чем дельными, но мне было хорошо так сидеть с ним и болтать. Казалось, что еще продолжается наше походное братство.

Я второй раз поставил чайничек подогреваться, и тут на узкой тропинке появился незнакомый эльф. Мы были удивлены, но он был совершенно поражен: видимо, не ожидал, что в этой рощице кто-то живет. Я представил, какой странной парой мы выглядим: высокий стройный эльф с бледно-золотой гривой волос (надо признать, такие были далеко не у всех в Валиноре!), элегантно вытянувший длинные ноги, и непонятное маленькое упитанное существо (я снова набрал вес, хотя до прежнего меня мне далеко) с волосатыми пятками. Хихикнув, я не сразу разглядел, что глаза незнакомца полны тоски. Наверное, он шел сюда, чтобы посидеть в одиночестве у ручья.

Леголас же встал ему навстречу и пригласил за стол, хотя это следовало сделать мне как хозяину. Пришедший нерешительно смотрел на нас, и тут я узнал его: да это тот самый, что сбежал тогда с конкурса менестрелей. Поэтому я прошел вперед и настойчиво потянул его за руку, хотя вообще-то я так не поступаю с незнакомыми. Мне просто хотелось немного развеять его тоску. Целых сто лет, подумать только!

Хорошо, что здесь был Леголас. Он-то знает, как поддерживать беседу со своими сородичами, чтобы не допустить бестактности. Незнакомый эльф понемногу разговорился и даже выпил с нами чаю. Мы старательно избегали всякого упоминания о том, что привело его сюда, так что разговор поневоле зашел обо мне, точнее о том, что нам с Леголасом пришлось пережить вместе. Мы увлеклись, вспоминая наше путешествие к Роковой горе, и говорить об этом было почему-то не грустно - словно бы мы наперебой пересказывали какую-то интересную книгу. Я сам от себя не ожидал такого. Мне-то казалось, что каждое воспоминание о тех днях будет сопровождаться невыносимым чувством утраты, но нет. Наш гость, кажется, забыл о своих печалях, слушая наш с Леголасом рассказ. Он ушел, когда в небе появились первые звезды, вернее, ушли они с Леголасом.

А зовут его Эрве.

... Я довольно давно не видел ни Леголаса, ни Гимли. Только мельком, на праздниках - я аккуратно не пропускал ни одного, хотя был все еще занят со словарем. Ух какие праздники в Амане! Я люблю послушать веселую музыку и посмотреть на счастливые раскрасневшиеся от танца лица, хотя самому мне это веселье уже недоступно. Нет, та печаль, что владела мной дома, исчезла, но мне и в голову не придет запеть шуточную песню. Я замер в своих чувствах как зимний лес - когда-нибудь он проснется и наполнится шумом крон и щебетом птиц, но сейчас молчалив и строг. Я уже не раз ловлю себя на том, что напеваю без слов самую любимую мою песню Бильбо. Или шепчу без музыки

Я вспоминаю о былом,

но сердцем - у дверей,

С надеждой встретить за углом

Вернувшихся друзей.

Видно, сердце само подсказывает, что мне уже пора уходить... как тогда... из дома Элронда, в мрак, стужу и неизвестность.

Впрочем, что это я? Я очень надеюсь, что где-нибудь там, право, не знаю где, встречу помолодевшего Бильбо, и все будет как раньше...

...Леголас много говорил о своем друге. У Эрве сердечная тоска, сказал он, а на мой немного неловкий вопрос, кто же его избранница, только многозначительно промолчал. Я хотел было сказать ему, что если он хочет получить совет, то не следует молчать, но потом сам про себя рассмеялся. Эльф только выглядит молодым, а сколько он прожил - мне и представить трудно. Что я могу ему посоветовать?

- Я хочу спросить у тебя совета, Фродо, - неожиданно для меня сказал Леголас. - Я не хочу говорить об этом ни с Гимли, ни с кем из эльфов, остаешься только ты. Скажи, если бы ты влюбился безответно, как бы ты поступил?

Признаться, я смутился. Мое сердце было занято иными чувствами, чем любовь к женщине, и я никогда не был на месте влюбленного.

- Я бы дал ей знать о своих чувствах, - поразмыслив, ответил я. - Если есть надежда на взаимность. Или нет. Если она не может мне ответить, я бы промолчал. Чтобы не смущать ее покоя.

Леголас кивнул и поднялся.

- Спокойной ночи, Фродо. Спасибо тебе.

А я так и не понял, кто же влюблен и в кого. Но это не мое дело, хотя меня разобрало любопытство.

... Леголас принес к чаю пирог с малиной. Но я видел, что его юное и прекрасное лицо невесело и какая-то мысль не дает ему покоя. И мысль эта не имела отношения ни к пирогу, ни к осам, звонко носившимся над вазочкой с медовым вареньем, ни к слегка пожелтевшим осенним листьям.

- Как поживает твой друг? - спросил я из вежливости, не зная, о чем говорить с ним, потому что никогда не видел нашего веселого эльфа таким усталым и печальным.

- Он... ушел. Совсем ушел.

- Куда? - я не понял Леголаса: действительно, куда можно уйти с острова?

- В Мандос, - Леголас поднял на меня серьезные глаза и добавил:

- Он не стал беспокоить ее своими чувствами. А жить без нее не захотел.

... Пирог Леголас так и не доел, ушел по той же тропинке, по которой первый раз пришел к нам Эрве. Леголас рассказал мне все про него, полный грусти. Влюбился он, бедный мальчик, безответно. Конечно, в его-то возрасте... какая-то тысяча лет. Я чувствую себя глубоким стариком - я не умею влюбляться. А Эрве, ну что Эрве... по молодости лет не сумел побороть запретное чувство, влюбился в недоступную красавицу. Она и впрямь несказанно хороша собой, правда, на мой вкус красота эта ледяная, призрачная, перед ней можно только благоговеть. Но я не эльф, может быть, им она кажется теплой и нежной... И кто сказал, что эльфы не влюбляются в замужних и женатых?

Леголасу тоже нелегко: и один друг, и второй - оба потеряли голову при одном взгляде на эту женщину. Дружеский долг велит помочь, а чем тут поможешь?

... Я люблю осень. Теперь я очень ясно понимаю, как Бильбо почувствовал, что ему пора. Я тоже это чувствую, только не могу подобрать нужных слов. Я высадил мои герани в сад, чтобы они не завяли без полива, когда меня не станет, и отнес законченный словарь Румилу. А Леголасу я оставлю на память эту тетрадь. Здесь еще довольно чистых листов. Может, и ему захочется когда-нибудь написать...

@темы: Арда и окрестности

URL
   

Чайный домик

главная